понедельник, 29 июня 2015 г.

Эксперты из США о «Талибан», ИГИЛ и проблемах безопасности региона

В посольстве США в Ташкенте состоялась пресс-конференция (очередной Прессгап), на которой приняли участие декан Центра стратегических исследований Ближнего Востока и Южной Азии при национальном университете обороны в Вашингтоне доктор Роджер Кангас и сотрудница данного Центра профессор Брианна Тодд.



Вступительным словом открыла мероприятие пресс-атташе посольства Нателла Свистунова и представила гостей, прибывших в Ташкент для участия в конференции, на которой обсуждались проблемы Афганистана, Ирана, а также двусторонние отношения между Узбекистаном и Соединенными Штатами.

В ходе своего короткого выступления доктор Кангас рассказал о деятельности Центра, в котором он работает. Затем выразил готовность ответить на вопросы журналистов.   

Вопрос: Насколько серьезна угроза ИГИЛ для государств Центральной Азии, чем притягивает эта организация молодежь, в том числе и граждан этих государств? Есть ли у вас данные о количестве боевиков из данного региона в составе отрядов ИГИЛ?


БрианнаТод: Именно эти вопросы мы обсуждали в нашем Центре с представителями Северной Африки, Ближнего Востока и Южной Азии. Мы пока не знаем в чем  заключается притягательная сила ИГИЛ  для молодых людей. Если правительств стран знали бы в чем заключается причина данного явления, они бы нашли пути выхода из создавшегося положения. В ходе обсуждения данной проблемы в Центре мы рассматривали те ситуации, которые сложились в странах, откуда вербуют членов ИГИЛ и попытались выявить моменты, заставляющие этих людей покинуть свою страну и присоединиться к боевикам. Что они ищут там, чего им не хватает у себя дома?

Часто мы говорим, что привлекательность ИГИЛ находится в сфере религии или идеологии. А на самом деле религия здесь играет роль некоего инструмента или средства, которым лишь пользуется террористическая организация, чтобы привлекать молодежь в свои ряды.

Точные цифры боевиков из стран Центральной Азии в составе ИГИЛ также нам не известно. Есть данные, согласно которым общее количество боевиков составляет 16 тысяч человек, рекрутированных в 30 странах мира. СМИ сообщали о двух тысячах граждан России и примерно таком же количестве представителей центральноазиатского региона. Но в достоверность этих цифр  очень трудно верить, поскольку  точные цифры о количестве боевиков и их географической принадлежности становятся известны нам в основном из сообщения самой террористической организации.

Вопрос: Известно, что президент Обама подписал указ, разрешающий платить выкуп за заложников. Поможет ли это  кардинально изменить ситуацию?  

БрианнаТод : В указе, о котором вы упомянули, говориться не о том, что выкупом заложников будет заниматься правительство США, а о том, что правительство не будет препятствовать семьям,  в ведении переговоров о выплате денег за близкого человека, который попал в руки боевиков. Это сложная ситуация. Как известно, США долгое время придерживались правила, согласно которому никаких переговоров с террористами не велось. Это даже несмотря на то, что на Ближнем Востоке работают американские специалисты, среди них немало журналистов, часть из которых были похищены, а  некоторые, к сожалению, и казнены.

Значение упомянутого указа в том, что теперь родственники могут вести переговоры об освобождении близких без всяких препятствий со стороны властей США. Но сами  госорганы пока еще не готовы, по примеру некоторых европейских стран, быть вовлеченными в процессе переговоров с террористами о судьбе своих плененных граждан.

Я задал два вопроса. Есть мнение, что появление ИГИЛ – это результат ближневосточной политики США, в том числе войны в Ираке. Чем вы можете объяснить причину возникновения этой организации и столь быстрого роста ее влияния?

Второй вопрос: Есть множество публикаций и слухов о противостоянии между ИГИЛ и движением «Талибан». Как может завершиться борьба между талибан и ИГИЛ? Так ли это, и если так, то чем может завершиться этот конфликт?
                
Роджер Кангас: Оба ваши вопросы – хорошие. Что касается причин появления ИГИЛ, то я согласен с утверждением, что война 2003 года в Ираке была неким фактором, приведшим к такому результату. Но это лишь один из множества факторов. Есть немало других причин, например, насилие над гражданами собственных стран, чинимое  авторитарными и коррумпированными властями, наподобие режима Башара Асада; межрелигиозные и межэтнические проблемы в правительстве Ирака, которые стали причиной недовольства граждан; общая бедность, а также огромный разрыв, существующий между очень богатыми и бедными слоями общества в разных странах.

Покажется удивительным, если скажу, что «Аль-Каида» сегодня потерял привлекательность для некоторой части молодых людей, только потому, кажется им слишком «медлительной». Молодежь, которая ищет альтернативу, находит ее в лице ИГИЛ. И здесь удача сыграла не последнюю роль в столь быстром росте влияния террористической организации. Кроме того, территория расположена в конфликтной зоне, что является еще одним благоприятным фактором. Руководство ИГИЛ воспользовалось сложившейся ситуацией, один за другим были захвачены города. Этот скорый успех стал привлекательным моментом для молодежи. Но, думаю, это – временное явление, подобная ситуация не будет продолжаться вечно.

Брианна Тод: Отвечая на второй ваш вопрос, хотела упомянуть недавнюю оценку правительством США ситуации с ИГИЛ в Афганистане, а также сослаться на отчет от 17 июня, который подготовил Пентагон для Конгресса США. В нем отмечается, что в данный момент ИГИЛ изучает возможность проникновения в Афганистан. У нас нет достаточной информации о степени влияние ИГИЛа в этой стране. Известно лишь, что в Афганистане в последнее время существенно возрос уровень насилия. Это не удивительно, так  как является сезонным явлением. Непривычным является то, что этот всплеск насилия связывают с деятельностью ИГИЛ.

Официальные лица Афганистана, с которыми мне довелось побеседовать, утверждают, что ИГИЛ не представляет столь серьезную угрозу, как говорят люди. Известны случаи, когда отдельные лица представляют себя членами ИГИЛ, но, как правило, это либо уголовные элементы, либо те, кто вышел из «Талибана» и хотят легимитизироваться.

К слову, «Талибан» многие люди представляют себе единым сплоченным движением, но оно таковым не является. Есть, к примеру, группы, отколовшиеся от движения «Талибан», и, чтобы показать себя как серьезную силу, представляются членами ИГИЛ.

Нам точно известно, что идеология «Талибан» очень серьезно отличается от взглядов членов ИГИЛ, потому и приход ИГИЛ в Афганистан совершенно не в интересах «Талибана». Это также, что естественно, и не в интересах государств региона, но им необходимо тесное сотрудничество, чтобы не допустить тут появления этой организации .

Вопрос: Как вы оцениваете военные возможности стран Центральной Азии, способны ли они противостоят угрозам ИГИЛ?

Роджер Кангас: Необходимо иметь ввиду, во-первых, что существующая угроза – это новый  феномен, а во-вторых то, что ни военные, ни оборонные ведомства не предназначены для борьбы с терроризмом. К примеру, войска Узбекистана подготовлены лучше всех в регионе, но для предотвращения этой новой угрозы недостаточно только хорошо подготовленного военного ведомства. Конечно, военные должны быть всегда наготове, так как в любой момент может потребоваться их вмешательство, но против этих угроз должны объединиться другие министерства и ведомства. Да и общественность здесь должна сказать свое слово. Например, в Узбекистане махалля может вести действенную работу среди населения, объясняя людям отрицательные последствия присоединения к рядам ИГИЛ.

Тошпулат Рахматуллев

Справка:
Доктор Роджер Кангас является деканом Центра стратегических исследований Ближнего Востока и Южной Азии при Национальном университете обороны в Вашингтоне. На протяжении последних 25 лет доктор Кангас занимался вопросами политики и безопасности в Центральной Азии, Афганистане и прилегающем регионе. Им проводились исследования по следующим тематикам: энергетическая безопасность, транснациональные угрозы. До этого он работал в Европейском центре исследований по вопросам безопасности им. Джорджа К.Маршалла в Германии, Институте Центральной Азии, Школе перспективных международных исследований университета Джона Хопкинса, институте исследований Open Media в Чешской Республике и Отделении политологии университета Миссисипи. В данный момент он также является профессором в Джорджтаунском университете.

Доктор Кангас получил степень бакалавра по специальности «сравнительная политика» в Институте международных отношений им. Э. А. Уолша при Джорджтаунском университете, а докторскую степень по специальности «политология» в Университете Индианы.


Комментариев нет:

Отправить комментарий